MIRROR||ЯOЯЯIM
_________
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

MIRROR||ЯOЯЯIM > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — вторник, 18 сентября 2018 г.
You are not thinking this far enough. The question is not how to... 572658027166660 15:13:29

You are not thinking this far enough. The question is not how to maintain the current system and buffer the demographic aging. The system is dead already, it lives off tremendous debts and a financial market prone to birst a bubble in the next few years that will tear the continent apart. We're heading for a catastrophe of a proportion akin to the one that triggered the hyperinflation during the Weimar years. The train is heading straight for a wall and even if there were any brakes on that thing it would already be too late to stop its momentum. Economy will collapse in on itself, unemployment rates will go through the roof, money will become worthless, people will lose their live's savings over night. The social security system, the state, it will cave in on itself. There will be blood on the streets soon after that. The current 'elite' are well aware of that and their only idea is to postpone the collapse by a few years, months, weeks. Because when it comes and they don't get out fast enough someone will sure be waiting with a rope (although in the ensuing anarchy it will most likely not matter if you were guilty or not).
... Dr.Heavy 10:01:33
Встретились вечером с друзьями пива попить.
Маленькое заведение в подвале. На стенах фотографии и пластинки таких групп как Deep Purple, Nirvana, Queen, Scorpions, первые пластинки Арии, Алисы и тд. Гости заведения могут принести с собой или снять любую понравившуюся пластинку со стены и включить на проигрывателе.
Подробнее…Пиво, беседы. Хорошая музыка.
Официантка сервирует стол. Приносит фраже. Приносит пластинку и ставит перед подругой на столе.
— Вы реально используете пластинки, как костер под тарелки?
— Ну а чё. Это Леонтьев. На Этом есть можно.


Автор: EdwardNorton

­­


Категории: Deep Purple, Nirvana, Queen, Scorpions, !, Ария, Алиса
10:14:41 Jeddro
Креативные ребята!
10:17:18 Dr.Heavy
Совершенно точно)
Позавчера — воскресенье, 16 сентября 2018 г.
Взято: Re: come with me now Yyysyka 19:04:12

Тяф

­твой салат. 16 сентября 2018 г. 20:16:08 написала в форуме "Знакомство, Дружба и Любовь"
HANDSOME JACK
­­ ­­
Источник: http://beon.ru/dati­ng/14549-859-come-wi­th-me-now-read.shtml­#19
. стакан портвейна. 03:49:11

глазам своим не верь.

что-то гложет. сложно
до сих пор помню почти по фразам. как показывал Наде эту песню
в школе, в классе седьмом или раньше/позже, вот с датами проблема
помню песню, помню эмоции, помню, как было
Poets of the Fall - Illusion and Dreams
она тогда сказала, что круто. помню, что видел клип по Реборну с этой песней
особенно помню слова в конце эти
буду помнить их до конца своей жизни, наверное

With silence comes peace
With peace comes freedom
With freedom comes silence
(с)


Музыка какой я модный
Настроение: проверка новенького в дневе. раз-раз это хардбасс
показать предыдущие комментарии (15)
04:00:03 white demоn
Зочем хлд
04:00:25 стакан портвейна.
вот именно а название днева ща выберу какой-нибудь рандомной песней хдд
04:01:28 стакан портвейна.
ну опять маяковский. ну и хуй с ним
04:21:22 white demоn
МАЛАДЕЦ, ДЕД, Я ГОРД ТОБОЙ
суббота, 15 сентября 2018 г.
Вы как живете вообще 4U2 12:13:19

LEGENDS NEVER DIE

Серьезно переживаю за людей с кучей проколов в ушах и не понимаю как они вообще существуют зимой
Это же рил писец
У меня всего два прокола и дырка, но при минусе ухо дико замерзает и краснеет уже через минуты две, а если ветер то еще быстрее
А в шапку не спрятать, выпадает же, да и шапка не спасает иногда
Бедные люди
показать предыдущие комментарии (6)
17:44:05 лyковица
ну, шапки просто поглубже покупать и все
17:53:47 sangre y fuego
единственное, что прям очень не очень, это когда не сильно холодно, чтобы надевать шапку, но холодно для металлических плагов а обычные проколы никогда не мерзли особо в общем, шапка или теплые наушники решают все проблемы
17:56:25 4U2
Ну хз, у мя уши в шапку не помещаются А если брать большие шапки, то я их складывать не умею Мне и в капюшоне норм Но видеть людей с серьгами металлическими в холод це больно
18:01:15 sangre y fuego
ну прям металлические - это да у меня серебро, мне кажется, оно так сильно не мерзнет и не морозит, но может я и ошибаюсь :-?­
пятница, 14 сентября 2018 г.
Кирилл, иди нах*й savoru 21:18:20
К черту все это. Накипело, наболело, накопилось.


Почему ты? Почему? Неужели целого лета мне было мало забыть твои серые глаза, горбинку на носу, твою красивую фигуру, голос, нелепые шутки, слегка пухловатую нижнюю губу, упомрачительную шею с нежной кожей, к которой хочется прикоснуться? Неужели все, что я внушила себе за эти 90 дней, было самообманом? Неужели я не перестала любить тебя?

Бл*ть. Да сколько можно уже?

Ты никогда это не прочитаешь, но с*ка, знай, что ты бесишь меня! Ты бесишь меня, когда приглядываешься ко мне, замечая мое напускное безразличие. Да, я не разглядываю и не наблюдаю так открыто за тобой, как в прошлом году, я научилась прятать взгляд в нужный момент. Хватит, пожалуйста, хватит, не надо нервировать меня.

Знаешь как тяжело не писать тебе? Я ведь так хочу узнать твои мысли. Но ты закрыт. Эта еб*нная броня, которая закрывает тебя, настоящего тебя, ото всех, эта глупая маска души компании. Что ты думаешь на самом деле? Хватит закрываться бл*ть, прекрати это, умоляю.

Как меня бесит то, что тебе плевать. Тебе плевать. Ты даже не можешь поддерживать дружбу. Как последний ублюдок ты просто не отвечал в переписке, или мог ответить простыми и понятными во всем мире "ясно", "угу" которые означают "мне не интересно, отъ*бись и замолкни". Как только я перестала напоминать о своем существовании - наш диалог умер. Ты никогда не писал мне сам.

Ты бесишь меня тем, что не спрашивая моего желания, начинаешь подбегать и творить х*йню. Да, я тоже люблю творить х*йню, но, черт, между нами нет доверия, чтобы я ее творила, ты сам этому препятствуешь. Думаешь твои поступки меня растормошат? Ты идиот. Бесишь меня. Зачем ты это делаешь? Я могу лишь глупо натянуть улыбку и отмахнуться, потому что не могу сказать тебе прекратить вовлекать меня в свои глупые шутки. Ты подходишь ко мне, и это сводит с ума. Пусть с тех самых пор ты делаешь это редко, но черт. Остановись, продолжай, мне так нравится твой голос.

Ты бесишь меня. Ты влюбляешь в себя еще больше. За что? За что бл*ть? Почему меня по ночам преследует твой терпкий запах и серые глаза, сверлящие мне висок изучающим взглядом? Хватит наблюдать за мной. Я вытерплю это, я притворюсь что мне уже все равно. Тогда ты отвернешься и перестанешь настойчиво вызывать у меня тоску, ладно?
четверг, 13 сентября 2018 г.
АААААААААААААА я прошла... aйзек 18:52:38
АААААААААААААА я прошла предпоследний этап отбора на должность. СУ-КА ТРЕТИЙ ЭТАП ПРОШЛААААА
дали уже учить международный автомобильный стандарт, сежу пержу радуюсь....
показать предыдущие комментарии (3)
20:31:18 aйзек
спасибулечки <зззз
19:35:14 Sаtory
хэээй а ты на кого ??
05:07:41 aйзек
на специалиста в отдел качества)
01:07:59 Sаtory
уииии супер
среда, 12 сентября 2018 г.
Невиновен потому пусть сидит дальше Алексей Рекс 18:50:27
Наверное за шумом новостей о переговорах во Владивостоке, мало кто обратил внимание на новость, которую между прочим то же освещало ТВ - а именно вот:
https://www.rbc.ru/­nsk/12/09/2018/5b988­73a9a79470b3bc709c5
Верховный суд заменил серийному убийце пожизненное заключение на меньший срок.

Тут есть два момента, которые взрывают мозг:
1) убивать кого-либо нельзя. Потому что если сегодня оказывается что всё-таки убивать проституток можно - то завтра станет можно убивать кого угодно
2) самое главное - так обвиняемый виновен или нет?

Потому что если суд из 12 идиотов-присяжных постановил что что виновен - то по закону значит виновен.
Но если Верховный суд решает, что обвиняемый не виновен - то его нужно срочно выпустить. Человек безвинно сидит.
Или всё-таки не безвинно? Того кто убил 19 человек, с которыми он не был знаком, которые лично ему ничего плохого не сделали - ну как минимум такого опасно выпускать на свободу. Может быть его надо не в тюрьме, а в спецлечебнице держать, как покушавшегося на Горбачёва. С хорошим обрашением, на успокоительных - но никак не на свободе. Ибо явно у такого убийцы что-то не то с головой. А ему просто сократили срок отсидки. Меньше чем по 1 году за каждую жертву. Ха! Да за хулиганку и то больше дают, чем этому дали за жестокие убийства с расчленёнкой. Вот он посидит ещё годик-другой, да и попадёт под амнистию за примерное поведение. И снова примется за старое.

хотя может адвокат прав и его подзащитный не виновен. Но тогда его нужно выпустить, а не сокращать срок. Короче суд колеблется, а в итоге либо безвинный сидит ни за что, либо скоро на свободе окажется маньяк и убийства возобновятся
Триумфальная арка Энтрери . ADF 11:28:57
Дочитано 19.03.2016


Эрих Мария Ремарк


Подробнее…­­Опять кому-то некуда идти, подумал он. Это следовало предвидеть. Всегда одно и то же. Ночью не знают, куда деваться, а утром исчезают прежде, чем успеешь проснуться. По утрам они почему-то знают, куда идти. Вечное дешевое отчаяние – отчаяние ночной темноты. Приходит с темнотой и исчезает вместе с нею.

– Выпейте еще. Толку, конечно, будет мало, зато согревает. И что бы с вами ни случилось – ничего не принимайте близко к сердцу. Немногое на свете долго бывает важным.

Даже в самые тяжелые времена надо хоть немного думать о комфорте. Старое солдатское правило.

На белом столе лежало то, что еще несколько часов назад было надеждой, дыханием, болью и трепещущей жизнью. Теперь это был всего лишь труп, и человек-автомат, именуемый сестрой Эжени и гордившийся тем, что никогда не совершал ошибок, накрыл его простыней и укатил прочь. Такие всех переживут, подумал Равик. Солнце не любит эти деревянные души, оно забывает о них. Потому-то они и живут бесконечно долго.

Разве ему понять эту бездыханность, это напряжение, когда нож вот-вот сделает первый разрез, когда вслед за легким нажимом тянется узкая красная полоска крови, когда тело в иглах и зажимах раскрывается, подобно занавесу, и обнажается то, что никогда не видело света, когда, подобно охотнику в джунглях, ты идешь по следу и вдруг – в разрушенных тканях, опухолях, узлах и разрывах лицом к лицу сталкиваешься с могучим хищником – смертью – и вступаешь в борьбу, вооруженный лишь иглой, тонким лезвием и бесконечно уверенной рукой… Разве ему понять, что ты испытываешь, когда собранность достигла предельного, слепящего напряжения и вдруг в кровь больного врывается что-то загадочное, черное, какая-то величественная издевка – и нож словно тупеет, игла становится ломкой, а рука непослушной; когда невидимое, таинственное, пульсирующее – жизнь – неожиданно отхлынет от бессильных рук и распадается, увлекаемое призрачным, темным вихрем, который ни догнать, ни прогнать… когда лицо, которое только что еще жило, было каким-то «я», имело имя, превращается в безымянную, застывшую маску… какое яростное, какое бессмысленное и мятежное бессилие охватывает тебя… разве ему все это понять… да и что тут объяснишь?

Что может дать один человек другому, кроме капли тепла? И что может быть больше этого?

– Вы провансалец? – спросил он спокойно. Хозяин осекся.
– Нет. А что? – ошарашенно спросил он.
– Так, ничего. Мне просто хотелось вас прервать. Лучше всего это удается с помощью бессмысленного вопроса. Иначе вы проговорили бы еще целый час.
– Мсье! Кто вы такой? Что вам нужно?
– Наконец-то мы дождались от вас разумных слов.
Хозяин окончательно пришел в себя.

Он вытащил из кармана бумажку с именем, разорвал и выбросил. Забыть… Какое слово! В нем и ужас, и утешение, и обман! Кто бы мог жить, не забывая? Но кто способен забыть все, о чем не хочется помнить? Шлак воспоминаний, разрывающий сердце. Свободен лишь тот, кто утратил все, ради чего стоит жить.

­­– Но когда у человека уже нет ничего святого – все вновь и гораздо более человечным образом становится для него святым. Он начинает чтить даже ту искорку жизни, какая теплится даже в червяке, заставляя его время от времени выползать на свет. Не примите это за намек.
– Меня вам не обидеть. В вас нет ни капли веры, – Эжени энергично оправила халат на груди. – У меня же вера, слава Богу, есть!
Равик взял свое пальто.
– Вера легко ведет к фанатизму. Вот почему во имя религии пролито столько крови, – он усмехнулся, не скрывая издевки. – Терпимость – дочь сомнения, Эжени. Ведь при всей вашей религиозности вы куда более враждебно относитесь ко мне, чем я, отпетый безбожник, к вам. Разве нет?

Равик еще ни разу не был у Вебера. Тот от души позвал его к себе, а получилась обида. От оскорбления можно защититься, от сострадания нельзя.

– Что с ней делать?
– Поставь куда-нибудь. Любую вещь можно куда-нибудь поставить. Места на земле хватает для всего. Только не для людей.

– Нигде ничто не ждет человека, – сказал Равик. – Всегда надо самому приносить с собой все.

– Я… я должна была относиться к нему иначе… я была…
– Забудьте об этом. Раскаяние – самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее.

- Эжени, почему набожные люди так нетерпимы? Самый легкий характер у циников, самый невыносимый – у идеалистов. Не наталкивает ли это вас на размышления?

– Человек велик в своих замыслах, но немощен в их осуществлении. В этом и его беда, и его обаяние.

Помогай, пока можешь… Делай все, что в твоих силах… Но когда уже ничего не можешь сделать – забудь! Повернись спиной! Крепись! Жалость позволительна лишь в спокойные времена. Но не тогда, когда дело идет о жизни и смерти. Мертвых похорони, а сам вгрызайся в жизнь! Тебе еще жить и жить. Скорбь скорбью, а факты фактами. Посмотри правде в лицо, признай ее. Этим ты нисколько не оскорбишь память погибших. Только так можно выжить.

Когда жизнь так беспокойна, лучше не привыкать к слишком многим вещам. Ведь их всякий раз приходилось бы бросать или брать с собой. А ты каждую минуту должен быть готов отправиться в путь. Потому и живешь один. Если ты в пути, ничто не должно удерживать тебя, ничто не должно волновать. Разве что мимолетная связь, но ничего больше.

Давно, давно он уже не ждал никого так, как сегодня. Что-то незаметно прокралось в него. Неужто оно опять зашевелилось? Опять задвигалось? Когда же все началось? Или прошлое снова зовет из синих глубин, легким дуновением доносится с лугов, заросших мятой, встает рядами тополей на горизонте, веет запахом апрельских лесов? Он не хотел этого. Не хотел этим обладать. Не хотел быть одержимым. Он был в пути.
Равик поднялся и стал одеваться. Не терять независимости. Все начиналось с потери независимости уже в мелочах. Не обращаешь на них внимания – и вдруг запутываешься в сетях привычки. У нее много названий. Любовь – одно из них. Ни к чему не следует привыкать. Даже к телу женщины.

Равик улыбнулся.
– Если хочешь что-либо сделать, никогда не спрашивай о последствиях. Иначе так ничего и не сделаешь.

- Мы слишком много времени торчим в комнатах. Слишком много думаем в четырех стенах. Слишком много живем и отчаиваемся взаперти. А на лоне природы разве можно впасть в отчаяние?
– Еще как!
– Опять-таки потому, что мы очень привыкли к комнатам. А сольешься с природой – никогда не станешь отчаиваться. Да и само отчаяние среди лесов и полей выглядит куда приличнее, нежели в отдельной квартире с ванной и кухней. И даже как-то уютнее. Не возражай! Стремление противоречить свидетельствует об ограниченности духа, свойственной Западу. Скажи сам – разве я не прав? Сегодня у меня свободный вечер, и я хочу насладиться жизнью. Замечу кстати, мы и пьем слишком много в комнатах.

­­ – Посмотри, что с нами стало? Насколько мне известно, только у древних греков были боги вина и веселья – Вакх и Дионис. А у нас вместо них – Фрейд, комплекс неполноценности и психоанализ, боязнь громких слов в любви и склонность к громким словам в политике. Скучная мы порода, не правда ли? – Морозов хитро подмигнул.
– Старый, черствый циник, обуреваемый мечтами, – сказал Равик.
Морозов ухмыльнулся.
– Жалкий романтик, лишенный иллюзий и временно именуемый в этой короткой жизни Равик.

– Жила-была волна и любила утес, где-то в море, скажем, в бухте Капри. Она обдавала его пеной и брызгами, день и ночь целовала его, обвивала своими белыми руками. Она вздыхала, и плакала, и молила: «Приди ко мне, утес!» Она любила его, обдавала пеной и медленно подтачивала. И вот в один прекрасный день, совсем уже подточенный, утес качнулся и рухнул в ее объятия.
Равик сделал глоток.
– Ну и что же? – спросила Жоан.
– И вдруг утеса не стало. Не с кем играть, некого любить, не о ком скорбеть. Утес затонул в волне. Теперь это был лишь каменный обломок на дне морском. Волна же была разочарована, ей казалось, что ее обманули, и вскоре она нашла себе новый утес.

– Жоан, любовь – не зеркальный пруд, в который можно вечно глядеться. У нее есть приливы и отливы. И обломки кораблей, потерпевших крушение, и затонувшие города, и осьминоги, и бури, и ящики с золотом, и жемчужины… Но жемчужины – те лежат совсем глубоко.
– Об этом я ничего не знаю. Любовь – это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда.
Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

– Странно, – сказала она. – Мне бы радоваться… А я не радуюсь…
– Так бывает всегда при расставании, Кэт. Даже когда расстаешься с отчаянием.
Она стояла перед ним, полная трепетной жизни, решившаяся на что-то и чуть печальная.
– Самое правильное при расставании – уйти, – сказал Равик. – Пойдемте, я провожу вас.

– Тогда плохи наши дела, – проговорил он.
– Почему?
– Через несколько недель ты узнаешь меня еще лучше и я стану для тебя еще менее неожиданным.
– Так же, как и я для тебя.
– С тобой совсем другое дело.
– Почему?
– На твоей стороне пятьдесят тысяч лет биологического развития человека. Женщина от любви умнеет, а мужчина теряет голову.

Но разве она не права? Разве красота может быть неправой? Разве вся правда мира не на ее стороне?

Острова ни от чего не спасают. Тревогу сердца ничем не унять. Скорее всего теряешь то, что держишь в руках, когда оставляешь сам – потери уже не ощущаешь.

Клочок бумаги! Все сводится к одному: есть ли у тебя этот клочок бумаги. Покажи его – и эта тварь тут же рассыплется в извинениях и с почетом проводит тебя, будь ты хоть трижды убийцей и бандитом, вырезавшим целую семью и ограбившим банк. В наши дни даже самого Христа, окажись он без паспорта, упрятали бы в тюрьму. Впрочем, он все равно не дожил бы до своих тридцати трех лет – его убили бы намного раньше.

– Зачем весь этот разговор? Я немного устал, мне надо снова привыкать ко всему. Это действительно так. Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвращается.

Она выпрямилась и откинула назад волосы.
– Ты не смеешь оставлять меня одну. Ты отвечаешь за меня.
– Разве ты одна?
– Ты отвечаешь за меня, – повторила она и улыбнулась.
Какую-то долю секунды ему казалось, что он ненавидит ее, ненавидит за эту улыбку, за ее тон.
– Не болтай глупостей, Жоан.
– Нет, ты отвечаешь за меня. С нашей первой встречи. Без тебя…
– Хорошо. Видимо, я отвечаю и за оккупацию Чехословакии… А теперь хватит. Уже рассвело, тебе скоро идти.
– Что ты сказал? – Она широко раскрыла глаза. – Ты не хочешь, чтобы я осталась?
– Не хочу.
– Ах вот как… – произнесла она тихим, неожиданно злым голосом. – Так вот оно что! Ты больше не любишь меня!
– Бог мой, – сказал Равик. – Этого еще не хватало. С какими идиотами ты провела последние месяцы?

­­– И зачем только живет человек?
– Чтобы размышлять над смыслом жизни. Есть еще вопросы?
– Есть. Почему, вдоволь поразмыслив и в конце концов набравшись ума, он тут же умирает?
– Немало людей умирают, так и не набравшись ума.
– Не увиливай от ответа. И не вздумай пересказывать мне старую сказку о переселении души.
– Я отвечу, но сперва позволь задать тебе один вопрос. Львы убивают антилоп, пауки – мух, лисы – кур… Но какое из земных существ беспрестанно воюет и убивает себе подобных?
– Детский вопрос. Ну конечно же, человек – этот венец творения, придумавший такие слова как любовь, добро и милосердие.
– Правильно. Какое из живых существ способно на самоубийство и совершает его?
– Опять-таки человек, выдумавший вечность, Бога и воскресение.
– Отлично, – сказал Равик. – Теперь ты видишь, что мы сотканы из противоречий. Так неужели тебе все еще непонятно, почему мы умираем?
Морозов удивленно посмотрел на него.
– Ты, оказывается, софист.

Слова, подумал Равик… Сладостные слова. Нежный, обманчивый бальзам. Помоги мне, люби меня, будь со мною, я вернусь – слова, приторные слова, и только. Как много придумано слов для простого, дикого, жестокого влечения двух человеческих тел друг к другу! И где-то высоко над ним раскинулась огромная радуга фантазии, лжи, чувств и самообмана!.. Вот он стоит в этой ночи расставания, спокойно стоит в темноте, а на него льется дождь сладостных слов, означающих лишь расставание, расставание, расставание… И если обо всем этом говорят, значит, конец уже наступил. У бога любви весь лоб запятнан кровью. Он не признает никаких слов.

В древнегреческом отделе перед Венерой Милосскои шушукались какие-то девицы, нисколько на нее не похожие. Равик остановился. После гранита и зеленоватого сиенита египтян мраморные скульптуры греков казались какими-то декадентскими. Кроткая пышнотелая Венера чем-то напоминала безмятежную, купающуюся домохозяйку. Она была красива и бездумна. Аполлон, победитель Пифона, выглядел гомосексуалистом, которому не мешало бы подзаняться гимнастикой. Греки были выставлены в закрытом помещении, и это их убивало. Другое дело египтяне: их создавали для гробниц и храмов. Греки же нуждались в солнце, воздухе и колоннадах, озаренных золотым светом Афин.

Я медленно бреду мимо этих витрин, полных сверкающей мишуры и драгоценностей. Я засунул руки в карманы и иду, и кто ни посмотрит на меня, тот скажет, что я просто вышел на обычную вечернюю прогулку. Но кровь во мне кипит, в серых и белых извилинах студенистой массы, именуемой мозгом, – ее всего-то с две пригоршни, – бушует незримая битва, и вот вдруг – реальное становится нереальным, а нереальное – реальным. Меня толкают локтями и плечами, я чувствую на себе чужие взгляды, слышу гудки автомобилей, голоса, слышу, как бурлит вокруг меня обыденная, налаженная жизнь, я в центре этого водоворота – и все же более далек от него, чем луна… Я на неведомой планете, где нет ни логики, ни неопровержимых фактов, и какой-то голос во мне без устали выкрикивает одно и то же имя. Я знаю, что дело не в имени, но голос все кричит и кричит, и ответом ему молчание… Так было всегда. В этом молчании заглохло множество криков, и ни на один не последовало ответа. Но крик не смолкает. Это ночной крик любви и смерти, крик исступленности и изнемогающего сознания, крик джунглей и пустыни. Пусть я знаю тысячу ответов, но не знаю единственного, который мне нужен, и не узнаю никогда, ибо он вне меня и мне его не добиться…

Прекрасная женщина, лежащая перед ним, мертва. Она сможет еще жить, но, в сущности, она мертва. Засохшая веточка на древе поколений. Цветущая, но уже утратившая тайну плодоношения. В дремучих папоротниковых лесах обитали огромные человекоподобные обезьяны. Они проделали сложную эволюцию на протяжении тысяч поколений. Египтяне стоили храмы; расцвела Эллада; непрерывно продолжался таинственный ток крови, вздымавшийся все выше и выше, пока не появилась эта женщина; теперь она бесплодна, как пустой колос, и ей уже не продолжить себя, не воплотиться в сына или в дочь. Грубая рука Дюрана оборвала цепь тысячелетней преемственности. Но разве и сам Дюран не есть результат жизни тысячи поколений? Разве не цвела также и для него, для его поганой бороденки Эллада и эпоха Ренессанса?

Кэт сидела в углу и молчала. Равик курил. Он видел огонек сигареты, но не чувствовал дыма, словно в полутьме машины сигарета лишилась своей материальности. Постепенно все стало казаться ему нереальным – эта поездка, этот бесшумно скользящий под дождем автомобиль, улицы, плывущие мимо, женщина в кринолине, притихшая в уголке, отсветы фонарей, пробегающие по ее лицу, руки, уже отмеченные смертью и лежащие на парче так неподвижно, словно им никогда уже не подняться, – призрачная поездка сквозь призрачный Париж, пронизанная каким-то ясным взаимопониманием и невысказанной, беспричинной грустью о предстоящей разлуке.
­­
Кэт попросила шофера остановиться.
Они прошли несколько кварталов вверх, свернули за угол, и вдруг им открылся весь Париж. Огромный, мерцающий огнями, мокрый Париж. С улицами, площадями, ночью, облаками и луной. Париж. Кольцо бульваров, смутно белеющие склоны холмов, башни, крыши, тьма, борющаяся со светом. Париж. Ветер, налетающий с горизонта, искрящаяся равнина, мосты, словно сотканные из света и тени, шквал ливня где-то далеко над Сеной, несчетные огни автомобилей. Париж. Он выстоял в единоборстве с ночью, этот гигантский улей, полный гудящей жизни, вознесшийся над бесчисленными ассенизационными трубами, цветок из света, выросший на удобренной нечистотами почве, больная Кэт, Монна Лиза… Париж…
– Минутку, Кэт, – сказал Равик. – Я сейчас.
Он зашел в кабачок, находившийся неподалеку. В нос ударил теплый запах кровяной и ливерной колбасы. Никто не обратил внимания на его наряд. Он попросил бутылку коньяку и две рюмки. Хозяин откупорил бутылку и снова воткнул пробку в горлышко.
Кэт стояла на том же месте, где он ее оставил. Она стояла в своем кринолине, такая тонкая на фоне зыбкого неба, словно ее забыло здесь какое-то другое столетие и она вовсе не американка шведского происхождения, родившаяся в Бостоне.
– Вот вам, Кэт. Лучшее средство от простуды, дождя и треволнений. Выпьем за город, раскинувшийся там, внизу.
– Выпьем, – она взяла рюмку. – Как хорошо, что мы поднялись сюда, Равик. Это лучше всех празднеств мира.
Она выпила. Свет луны падал на ее плечи, на платье и лицо.
– Коньяк, – сказала она. – И даже хороший.
– Верно. И если вы это чувствуете, значит, все у вас в порядке.
– Дайте мне еще рюмку. А потом спустимся в город, переоденемся и пойдем в «Шехерезаду». Там я отдамся сентиментальности и упьюсь жалостью к самой себе. Я попрощаюсь со всей этой мишурой, а с завтрашнего дня примусь читать философов, составлять завещание и вообще буду вести себя достойно и сообразно своему положению.


Категории: Книги, Цитаты
Жаль, что не мои awy 10:27:08

И мертвые­ уста словами­ жгут гранит

­­
Осень. Расскажите мне фонари
Ту печальную сказку о лете.
Как вставали с тобой на рассвете,
Как смеялись с тобой словно дети,
Как душа замирала внутри.
Посоветуй мне ветер осенний,
Научи меня правильно жить,
Покажи же: чем мне дорожить?
Позабыть, ненавидеть, любить?
Дай мне шанс, пускай и последний.
Не печалься упавший листок.
Мы с тобой песок под ногами,
Не парить нам уже над верхами,
Все что сделано тоже не нами,
Нас зима уведет на Восток.

В этом мире становится тесно...
Ты, я знаю, меня не пойдешь.


Вот и пришла осень.
­­

Она золотыми листьями подкрадывается незаметно к каждому окну,
оставляя на стеклах капли сожаления и меланхолии.
Это спокойное время, когда идешь по парку и никто не смеет нарушить твой покой.
Странный холодный воздух очищает голову и легкие от давно ушедшей летней жары.
Я люблю жару, но каждый раз встречаю осеннюю пору с широко распахнутыми объятиями,
потому что не может быть ничего прекраснее, чем беспричинная грусть и уютный мрак,
который несут за собой проливные дожди.

Мое тело ломит и легкие горят от холодного воздуха.­­
Каждый заслуживает честности и откровения.
Никому не нужны ваши тайны и сокровенные желания.
Важно - отношение.
Важно знать как тебя воспринимают другие.

Осень - время скрипок.
Я возьму свой пыльный инструмент и он заплачет у меня в руках.
Пальцы отвыкли, смычок прыгает по струнам, но это ничего.
Моя дорогая скрипочка, твои изящные линии так не подходят этому миру.
Твои струны грозят лопнуть и разрезать вены на руках, да не поперек, а вдоль.
Когда-нибудь я разобью тебя на кусочки, что бы не слышать (своего) плача.
... Jill.Valentine в сообществе (Мусорка) 09:23:53

А я-слива­ лиловая­, спелая,­ садовая­.

Подробнее…­­

Категории: Silent Hill, Rose Da Silva, Cybil Bennet, Pyramid Head
Лист, запутавшийся в своих мыслях Isuma Nagasaki 00:16:15
В последнее длительное время захожу в своей голове в те области, в которые не стоит, не потому что они неприятные, а потому что из них нет выхода, если туда прийти теми путями и мыслями, которыми дохожу я. То есть, в целом слова "зачем общаются люди", "зачем смеяться", "зачем любить, если это химия" звучат весьма глупо, тупо даже, на это легко найти ответ, если прочитать их просто так, только вот если дойти до них некоторыми мыслями, выйти из этих вопросов нереально. Иногда реально сложно взаимодействовать с миром вокруг, потому что не понимаешь зачем.
Я начал сильно разделять сознание человека и его потребности в реальной жизни, все потребности, связанные с физической оболочкой. То есть меня не угнетает потребность человека в самосовершенствован­ии, самореализации, желание достичь какого-то определенного конца в делах, желание просвещения, альтруистические помыслы помощь всему сущему в ближайшем доступе. Эти потребности и желания, которые, скажем, являются "высшими" - не напрягают, кажутся достоянием каждого "сознания" и нормой. А вот все остальное: потребность в общении, в любви, да даже в еде и сне, у меня лично вызывает какую-то колоссальную неприязнь. Я правда перестал понимать, зачем это все. Возможно почему, потому что мне очень сильно хочется контролировать все в своей жизни. Почему это? Для избежания многих неприятных ситуаций, так как без контроля своих чувств и потребностей я пытаюсь назвать себя "наивным", что значит в некотором будущем я возможно могу повторить те же ошибки, что и делал до этого. То есть этим способом пытаюсь избежать всевозможных ошибок, но таки это не получается...
На самом деле это не полноценная запись, просто пытаюсь выстроить логические связи между своими же поступками, многое в последовательности пропускаю.
A draft

Ладно, пускай.
Из новостей - эти тупики реально начинают периодически сводить с ума. Если смотреть чуть-чуть более в общем, заметно, что психика очень сильно пострадала после перепетий в семье и злоупотребления кофе, таблетками, алкоголем и т.д. Нельзя все это состояние списывать на предыдущие действия, так как логичность связей между мыслями не теряется, но все равно заметно, что более незначительные вещи начали полностью изменять мое мироощущение, следовательно, таки, психика человека и правда может разрушаться под постоянным давлением.
Как эксперимент.
Мне правда интересно, смогу ли я вернуться к +- нормальному состоянию после некоторого отдыха. Но месяц в университете показал, что просто некоторого времени относительно спокойной обстановки не хватит, чтобы полностью восстановить стабильность психического состояния, если она была в некоторой степени потеряна.
Как окончание эксперимента.
Мне больше не хочется проверять границу вменяемости и свою психологическую прочность, так как до некоторого (возможно самого первого из нескольких) края я дошел. Все эксперименты прекрасны, если только ущерб от них не настолько велик, что не в состоянии проанализировать опыт. Раз появилось такое ощущение, что еще немного и все, конец, нет пути обратно, значит, стоит закругляться. Значит я больше не хочу проверять, в какой момент я сломаюсь. И да, это крайне неприятное состояние, когда стоишь на этой первой границе между вменяемостью и полноценной невменяемостью. Неприятное особенно в том смысле, что твое "я" никуда не теряется, просто чем ближе к краю, тем затяжнее состояния "реально очень плохо", тем сложнее свои состояния эти контролировать, тем сложнее возвращаться к более стабильным моделям мысли. Если до этого казалось, что на границе ты уже должен терять свое сознательное и восприимчивое к миру "я", то оказалось совсем не так. Это "я" остается, видимо, всегда. Даже когда переступишь, оно будет существовать. А что еще печальнее для тех, кто за границей, это "я" постоянно будет осозновать, что что-то не так, и никогда не понимать полностью, что же именно. Так что нет, путь туда - не самая лучшая вещь. Может быть оно мне кажется все еще крайне интересным, но по крайней мере сейчас я понимаю, что цена этого путешествия слишком высока, а путь обратно не выложен ковровой дорожкой, так что очень хочется отойти подальше от этой двери и больше к ней не возвращаться.

Примерно такие наброски мыслей. Додумать - потом.

Музыка Tove Lo - True Disaster


MIRROR||ЯOЯЯIM > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
напиши Шуне в личкуX-(
Сделайте плиззз видео-аву беспл.Вид...
Аватары
пройди тесты:
Твоя биография.
С Днем Рождения, Ямамото™
Мой бред "Любовь с первого взгляда...
читай в дневниках:
Тест: Свадьба с ....... а с кем - у...
всем привет)
Тест: Как бы отнеслись к тебе шаман...

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх